0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Первый врач применивший наркоз. История анестезии: опиум, водка, кокаинПрепараты][

История анестезии: опиум, водка, кокаин

Долгое время одним из лучших способов анестезии считалось употребление кокаина…

16 октября врачи отмечают прекрасный праздник – День анестезиолога. Эта дата выбрана неслучайно, ровно 162 года назад в Бостоне американский доктор Уильям Мортон провел первую публичную операцию с использованием наркоза. Однако с историей анестезиологии всё не так просто. Врачи использовали наркоз задолго до Мортона, а долгое время одним из лучших способов анестезии считалось употребление кокаина…

Современные историки медицины полагают, что первые методы анестезии возникли еще на заре развития человечества. Разумеется, тогда было принято действовать просто и грубо: например, вплоть до XVIII века общий наркоз пациент получал в виде сильного удара дубинкой по голове; после того, как он терял сознание, врач мог приступать к операции.

В качестве местной анестезии с давних времен использовались наркотические препараты. В одной из древнейших медицинских рукописей (Египет, примерно 1500 г. до н.э.) в качестве обезболивающего средства рекомендуется давать пациентам лекарства на основе опиума.

В Китае и Индии опиум долгое время был неизвестен, однако там довольно рано открыли чудесные свойства марихуаны. Во II веке н.э. знаменитый китайский врач Хуа То во время операций давал пациентам в качестве анестезии изобретенную им смесь вина и растертой в порошок конопли.

Тем временем на территории еще не открытой Колумбом Америки местные индейцы активно использовали в качестве анестезии кокаин из листьев растения кока. Достоверно известно, что инки в высокогорных Андах использовали коку для местной анестезии: местный знахарь жевал листья, а потом капал насыщенной соком слюной на рану пациента, чтобы облегчить его боль.

Когда люди научились производить крепкий алкоголь, анестезия стала более доступна. Многие армии стали брать с собой в поход запасы спиртного, чтобы давать его в качестве обезболивающего раненым солдатам. Не секрет, что этот метод анестезии до сих пор используется в критических ситуациях (в походах, во время катастроф), когда нет возможности использовать современные препараты.

В редких случаях врачи пытались использовать в качестве анестезии силу внушения, например, погружали пациентов в гипнотический сон. Современным последователем этой практики стал скандально известный психотерапевт Анатолий Кашпировский, который в марте 1988 года во время специального телемоста организовал обезболивание женщине, которой в другом городе без анестезии вырезали опухоль из груди. Впрочем, продолжателей его дела что-то не нашлось.

Кто первым пустил газ?

Более привычные для современного человека способы анестезии были разработаны лишь в середине XIX века. В 1820-е годы английский хирург Генри Хикман проводил опыты на животных, а именно пробовал ампутировать у них конечности, используя в качестве наркоза углекислый газ.

Однако значительно более подходящим для наркоза оказалась открытая в 1799 году закись азота, также известная как «веселящий газ».

Долгое время люди не догадывались о том, что его можно использовать для анестезии. Первым это свойство обнаружил американский фокусник Гарднер Колтон, который, выступая в бродячем цирке, использовал «веселящий газ» во время своих шоу. 10 декабря 1844 года во время одного из представлений в маленьком городке Хартфорде Колтон вызвал на сцену добровольца, чтобы на нем продемонстрировать эффект необычного газа. Человек из зала, надышавшись им, смеялся так, что упал и серьезно повредил себе ногу. Однако Колтон заметил, что доброволец совсем не почувствовал боли – он находился под действием анестезии.

На это необычное свойство закиси азота обратил внимание не только сам фокусник, но и его зрители. Среди них был местный дантист Хорас Уэллс, быстро сообразивший, какую пользу в его работе может оказать волшебный газ. После представления он подошел к Колтону, попросил еще раз продемонстрировать свойства газа, а затем договорился о его покупке. Начав использовать «веселящий газ» в своей практике, Уэллс оценил его эффективность, но не стал патентовать свое открытие, решив, что новое универсальное обезболивающее должно быть доступно, «как воздух».

В 1845 году Хорас Уэллс решил продемонстрировать свое открытие широкой общественности. В одной из больниц Бостона он пообещал в присутствии зрителей вырвать пациенту больной зуб, используя в качестве анестезии закись азота. Добровольцем был сильный взрослый мужчина, который, как казалось, мог бы перенести удаление и без анестезии. Однако, когда началась операция, пациент начал истошно кричать. Присутствовавшие в зале студенты-медики начали издеваться над Уэллсом и с криками «Шарлатан, шарлатан!» покинули зал. Впоследствии Уэллс выяснил, что больной во время операции не чувствовал боли, а кричал от страха, однако ситуацию изменить было нельзя, его репутация уже была погублена.

Бросив лечение зубов, Уэллс несколько лет зарабатывал на жизнь в качестве бродячего торговца, затем всё же вернулся к экспериментам в области анестезии. Однако до добра они его не довели, бывший дантист пристрастился нюхать хлороформ и однажды в состоянии сильной интоксикации плеснул на одежду двух уличных проституток серную кислоту. За этот поступок он был арестован; протрезвев и осознав ужас содеянного, Хорас Уэллс покончил жизнь самоубийством. Перед тем, как перерезать себе вены, он подышал хлороформом для анестезии.

Минута славы и годы забвения

Среди тех, кто в 1845 году присутствовал на неудачной демонстрации Хораса Уэллса, был его бывший ученик и коллега Уильям Мортон. Именно ему-то и досталась слава главного изобретателя анестезии. После неудачи, постигшей его учителя, Мортон продолжил его эксперименты и выяснил, что для анестезии можно использовать медицинский эфир.

30 сентября 1846 года он провел операцию по удалению зуба у пациента, используя эфир в качестве наркоза. Однако в историю вошла его более поздняя операция, 16 октября 1846 года в той же самой бостонской больнице, где был осмеян его учитель, Уильям Мортон публично удалил опухоль на шее пациента, в тот момент, когда тот находился под действием паров эфира. Операция прошла успешно, больной не почувствовал боли.

Уильям Мортон не был альтруистом, он хотел не только славы, но и денег. По этой причине он во время операции не признался, что использовал для анестезии обыкновенный медицинский эфир, а стал утверждать, что это изобретенный им газ «летеон» (от слова «Лета», река забвения). Мортон получил на свое изобретение патент, но это ему не помогло. Довольно быстро выяснилось, что главный компонент «летеона» – это эфир, а он под патент не попадал. По обе стороны океана врачи начали использовать медицинский эфир для анестезии, Мортон пытался отстаивать свои права в суде, но денег так и не получил. Зато ему досталась слава, именно его обычно называют создателем анестезии.

Анестезия в России

Опыт применения наркоза в России также начинается с эфира. 7 февраля 1847 года его применяет Ф.И.Иноземцев. В клинике факультетской хирургии Московского университета он проводит операцию по поводу рака молочной железы.

Неделей позже — 14 февраля 1847 года свою первую операцию под эфирным наркозом во 2-м Военно-сухопутном госпитале Санкт-Петербурга осуществляет другой великий русский хирург — Н.И.Пирогов. В июле 1847 года Пирогов первым практикует эфирный наркоз в полевых условиях во время Кавказской войны, за год он лично провел около 300 эфирных анестезий.

Однако на самом деле впервые эфир в качестве анестезии применил американский хирург Кроуфорд Лонг. 30 марта 1842 года (на четыре года раньше Мортона) он провел ту же самую операцию – удалил опухоль с шеи пациента под общим наркозом. В дальнейшем он много раз использовал в своей практике эфир, однако не приглашал на эти операции зрителей, а научную статью о своих экспериментах опубликовал лишь шесть лет спустя — в 1848 году. В итоге ему не досталось ни денег, ни славы. Зато доктор Кроуфорд Лонг прожил долгую счастливую жизнь.

Использование в анестезии хлороформа началось в 1847 году и стремительно завоевало популярность. В 1853 году английский врач Джон Сноу использовал хлороформ в качестве общего наркоза во время родов у королевы Виктории. Впрочем, довольно быстро выяснилось, что из-за токсичности этого вещества у пациентов часто бывают осложнения, поэтому в настоящее время хлороформ для анестезии больше не используется.

Анестезия от доктора Фрейда

И эфир, и хлороформ использовался для общего наркоза, однако врачи мечтали разработать препарат, который бы эффективно работал как местный наркоз. Прорыв в этой области произошел на рубеже 1870-1880-х гг., а долгожданным чудо-лекарством стал… кокаин.

Впервые кокаин из листьев коки удалось выделить немецкому химику Альберту Ниманну в 1859 году. Впрочем, долгое время кокаин мало интересовал исследователей. Впервые возможность его использования для местной анестезии обнаружил русский врач Василий Анреп, который по научной традиции того времени провел ряд экспериментов на себе и в 1879 году опубликовал статью о воздействии кокаина на нервные окончания. К сожалению, тогда на нее почти не обратили внимания.

Зато сенсацией стала серия научных статей про кокаин, написанных молодым психиатром Зигмундом Фрейдом. Фрейд впервые попробовал кокаин в 1884 году и был поражен его действием: употребление этого вещества излечило его от депрессии, придало уверенности в себе. В том же году молодой ученый пишет статью «О коке», где настойчиво рекомендует использовать кокаин как местное обезболивающее средство, а также как лекарство от астмы, расстройства пищеварения, депрессии, неврозов.

Исследования Фрейда в этой области активно поддерживались фармацевтическими фирмами, которые предвкушали огромные прибыли. Будущий отец психоанализа опубликовал аж 8 статей о свойствах кокаина, однако в последних работах на эту тему он уже менее восторженно писал об этом веществе. В этом нет ничего удивительного, ведь от злоупотребления кокаином умер близкий друг Фрейда Эрнст фон Фляйшль.

Хотя об анестезирующем действии кокаина уже было известно по работам Анрепа и Фрейда, славу первооткрывателя местной анестезии получил офтальмолог Карл Коллер. Этот молодой врач, как и Зигмунд Фрейд, работал в Венской Общей больнице и жил с ним на одном этаже. Когда Фрейд рассказал ему о своих экспериментах с кокаином, Коллер решил проверить, может ли это вещество использоваться в качестве местной анестезии при операции на глазах. Опыты показали его эффективность, и в 1884 году Коллер доложил о результатах исследований на заседании Общества врачей Вены.

Буквально сразу же открытие Колера стало применяться буквально во всех областях медицины. Кокаин использовали не только врачи, но и все желающие, он свободно продавался во всех аптеках и пользовался почти такой же популярностью, как аспирин в наши дни. В продуктовых магазинах продавалось вино с кокаином и газированный напиток «Кока Кола», который до 1903 года содержал в составе кокаин.

Кокаиновый бум 1880-1890-х стоил жизни многим простым обывателям, поэтому в начале XX века это вещество постепенно попало под запрет. Единственной сферой, где применение кокаина долго допускалось, была местная анестезия. Карл Коллер, которому кокаин принес славу, впоследствии стыдился своего открытия и даже не стал о нем упоминать в своей автобиографии. До конца жизни коллеги за глаза называли его Кока Коллером, намекая на его роль во внедрении кокаина в медицинской практике.

В XX веке в анестезиологии кокаин заменили более безопасные препараты: прокаин, новокаин, лидокаин. Так анестезиология наконец-то стала не только эффективной, но и безопасной.

До наркоза. Что использовали для анестезии наши предки?

Выпей яду!

С самых древних времён люди задумывались о том, как облегчить боль. Способы использовались довольно опасные. Так, в Древней Греции в качестве обезболивания использовали корень мандрагоры – ядовитого растения, которое способно вызывать галлюцинации и тяжёлые отравления, вплоть до летального исхода. Более безопасным было применение «сонных губок». Морские губки пропитывались соком одурманивающих растений и поджигались. Вдыхание паров усыпляло больных.

В Древнем Египте для обезболивания пользовались цикутой. К сожалению, после такой анестезии до операции доживали немногие. Эффективнее других был древнеиндейский метод обезболивания. Под рукой у шаманов всегда было отличное средство – листья коки, содержащие кокаин. Знахари жевали волшебные листья и сплёвывали на израненных воинов. Слюна, пропитанная кокаином, приносила облегчение страданий, а шаманы впадали в наркотический транс и лучше понимали указания богов.

Пользовались наркотиками в целях обезболивания и китайские целители. Коки, правда, в Поднебесной не найти, а вот с коноплёй никаких проблем не было. Поэтому обезболивающее действие марихуаны испытало на себе не одно поколение пациентов местных знахарей.

До потери пульса

В средневековой Европе способы обезболивания тоже не отличались гуманностью. Например, перед операцией больного нередко просто били по голове киянкой, чтобы тот потерял сознание. Этот способ требовал от «анестезиолога» немалой сноровки – нужно было рассчитать удар так, чтобы пациент лишился чувств, но не жизни.

Кровопускание тоже было довольно популярно у тогдашних врачей. Больному отворяли вены и ждали, пока он потеряет достаточно крови, чтобы упасть в обморок.

Поскольку подобное обезболивание было весьма опасным, от него со временем отказались. От болевого шока больных спасала лишь быстрота хирурга. Например, известно, что великий Николай Пирогов тратил на ампутацию ноги всего 4 минуты, а молочные железы удалял за полторы.

Веселящий газ

Наука не стояла на месте, и со временем появились и другие способы обезболивания, например закись азота, которую тут же окрестили веселящим газом. Впрочем, первоначально закись азота использовали вовсе не медики, а бродячие цирковые артисты. В 1844 году фокусник Гарднер Колтон вызвал на сцену шапито добровольца и дал ему вдохнуть волшебного газа. Участник представления хохотал так, что свалился со сцены и сломал ногу. Однако зрители заметили, что пострадавший не чувствует боли, так как находится под действием анестезии. Среди тех, кто сидел в зале, был и стоматолог Хорас Уэлс, который моментально оценил свойства замечательного газа и выкупил изобретение у фокусника.

Год спустя Уэлс решил продемонстрировать своё изобретение широкой публике и устроил показательное удаление зуба. К сожалению, пациент, несмотря на то, что надышался веселящим газом, кричал в течение всей операции. Собравшиеся посмотреть на новое средство обезболивания подняли Уэлса на смех, и его репутации пришёл конец. Только спустя несколько лет выяснилось, что больной кричал вовсе не от боли, а потому что панически боялся дантистов.

Среди тех, кто присутствовал на неудачном выступлении Уэлса, был другой дантист – Уильям Мортон, который решил продолжить дело своего незадачливого коллеги. Вскоре Мортон выяснил, что медицинский эфир намного безопаснее и эффективнее веселящего газа. И уже в 1846 году Мортон и хирург Джон Уоррен провели операцию по удалению сосудистой опухоли, использовав эфир в качестве обезболивания.

И снова кока

Медицинский эфир был хорош всем, за исключением того, что он давал лишь общий наркоз, а врачи задумывались ещё и о том, как получить средство для местной анестезии. Тогда их взгляды обратились к самым древним снадобьям – кокаину. В те времена кокаину находили весьма широкое применение. Им лечили депрессию, астму и расстройство желудка. В те годы наркотик свободно продавался в любой аптеке наравне со средствами от простуды и мазями от боли в спине.

В 1879 году русский врач Василий Анреп опубликовал статью о воздействии кокаина на нервные окончания. Анреп проводил опыты на себе, вводя под кожу слабый раствор наркотика, и выяснил, что это приводит к потере чувствительности в месте укола.

Первым же, кто решился опробовать выкладки Анрепа на пациентах, стал офтальмолог Карл Коллер. Его способ местной анестезии оценили по достоинству – и триумф кокаина длился в течение нескольких десятилетий. Только со временем медики стали обращать внимание на побочное действие чудо-лекарства, и кокаин попал под запрет. Сам же Коллер был настолько поражён тем вредным действием, что постыдился упоминать об этом открытии в автобиографии.

И лишь в XX веке учёным удалось найти более безопасные альтернативы кокаину – лидокаин, новокаин и другие средства для местного и общего наркоза.

Кстати

Одна на 200 тысяч плановых операций – такова вероятность умереть от анестезии сегодня. Она сопоставима с вероятностью того, что вам на голову случайно упадёт кирпич.

История про наркоз

Байки стоматолога [оффтоп]. Как я попробовал наркоз.

Так как сегодня праздник — день анестезии (а, может быть, даже и анестезиолога), расскажу небольшую историю о медицинском произволе, наркозе и отходняках.
Дело было достаточно недавно, требовалось мне лечь под наркоз. Опыта потери сознания или отключки у меня никогда не было. Всегда было интересно: как оно вообще, что человек ощущает, когда его вырубает, что как происходит это «и в следующий момент я просыпаюсь, а на самом деле провалялся час».
Короче, дабы не медлить, начинаю)
Завели меня в операционную, где стояли всякие интересные аппараты и всякие интересные врачи))) Удивился, что их так много пришло по одну мою душу) Сказали переодеваться в одноразовую одежду.
Вообще, что удивительно, страха не было. Конечно, было немного волнительно и неудобно, но страха я не ощущал. Было больше интересно, как оно всё будет происходить. Может быть, моё медицинское нутро делает из меня такой аналог чокнутого профессора, который готов экспериментировать даже на себе. 😀
Далее попросили расположиться на, подготовленном для меня месте. Врач анестезиолог, видимо, думала, что я боюсь, и начала задавать вопросы, чтобы просто разговорить меня. (знаете, как в детской стоматологии, когда забалтывают ребёнка, чтобы он отвлекался от происходящего) Спрашивала, кем я работаю, какая у меня специализация, отбеливаю ли я зубы. Между делом, на меня надели пульсометр, подключили ещё пару датчиков. И тут на одном из аппаратов появилась моя линия пульса и равномерное пиканье. «Прямо как в фильмах и как на операциях, где я был зрителем. Забавно.» — подумал я. Доктор спросила, женат ли я. Ответил, что нет.

— Как? Не женаты?
— Ну вот так получилось.
— Ооо. У нас, как раз в отделение пришла работать девочка, только что ординатуру закончила. Вы, когда будете под наркозом, мы вас по тихому распишем. Проснётесь уже женатым.
— Красивая? Если красивая, я вообще не против.
Другой доктор сказал, что хватит мне уже голову морочить. 😀
Вставили в нос трубочки, из которых потихоньку шёл воздух.
— Это кислород? — спросил я.
— А Вы как думаете? Обычно предполагают, что это закись азота.
[как мне теперь кажется, это было что-то седативное, надеюсь, анестезиологи ответят, ибо до сих пор очень интересно)))]

Воткнули катетер в вену. Вообще, я считаю иглы — достаточно инвазивной вещью. [ага. сказал человек, который каждый день хреначит людям сверлом по зубам] Особенно мне не нравятся эти ваши терапевтические иглы, толщиною с дом)) Вот у нас в стоматологии иголки к карпульным шприцам тоненькие и миленькие) И вообще, карпульный шпиц — прекрасное изобретение, хоть и выглядит страшно.

Ну-с. Решили начинать. Видимо, в этот момент мне по вене пустили пропофол, и анестезиолог сказала: «Спокойной ночи!».
А я лежу и думаю: «А что можно ответить на «спокойной ночи». Спасибо? Вам тоже спокойной ночи? Ды и рановато как-то. Я вообще ничего не чувствую: как лежал себе, так и лежу.»
Потом почувствовал, что голова моя уже немного шальная, рассеянная.
—О! Сознание мутнеет. — сказал я.
Доктора только ухмыльнулись.
Прошло 5-10 секунд, и я провалился.

Проснулся я уже в тот момент, когда меня подвезли на каталке в мою палату и к моей кровати. Медсестра попросила меня аккуратненько лечь на кровать, никуда не ходить, потому что могу упасть. Сказала, что сейчас принесут капельницы и будут мне ставить. Я ещё до введения в наркоз знал, что мне должны ставить препарат, снимающий интоксикацию. А так не хотелось!
Я лёг, и понял, что мне так хорошооо. Знаете, как будто просыпаетесь солнечным классным летним утром в тёплой кроватке и так тепло, спокойно и хорошо! Хочется подольше поваляться, понежиться и никуда не вставать. Хочется обнять весь мир.
Через несколько минут зашла медсестра, прикатив штатив с капельницей.
— Может, не надо? -очень жалобно попросил я. — Я, кажется, начинаю понимать героиновых наркоманов. Так хорошо! А щас капельницу поставите, и всё быстро закончится.
— Героиновых наркоманов? — с удивлением и лёгким шоком переспросила медсестра.
— Ну действительно, так хорошо! Давайте, не будем ставить мне никакую капельницу, а я просто поваляюсь себе спокойненько дальше. Хочется, подольше порастягивать это ощущение.
— Не. Всё-таки надо)))
Лежал под капельницей, как примерный мальчик, а сам думал, что, когда ко мне придёт кто-нибудь из тех докторов, я завалю их вопросами. Когда капельницу сняли, я дотянулся до своего блокнота и ручки и начал записывать все свои вопросы к ним, чтобы ничего не забыть.
Было очень интересно: что за препарат мне кололи, что я бормотал, когда отходил от наркоза, сколько я провалялся, как всё прошло. Когда всё записал, я заметил, что локоть у меня болит. Кажется, я долбанулся где-то по пути к своей палате. Ну или меня долбанули. 😀 Ну ничего страшного, потому что в остальном всё чувствовалось удивительно хорошо и нормально.
Сразу скажу, что гражданином я оказался достаточно наивным, потому что ни анестезиолога, ни остальных докторов из того отделения я так больше и не увидел))
Но знайте, если Вы это читаете и вспомнили меня, то я хочу сказать, что очень благодарен вам, и вообще — вы классные) Если бы пришли ко мне в палату до того, как наркоз отошёл окончательно, то я полез бы к вам обниматься. 😀
P.S. Чуть позже проверил свой паспорт. И на странице «Семейное положение» ПУСТО. Это медицинский произвол!! Сказали же, что жените! Нельзя так поступать с братьями-медиками! Я буду писать в минздрав! 😀

Я-я-яблочко.

Случилась в моей жизни очень долгая и неприятная история с переломным моментом в жизни, плохими врачами, переосмыслением взглядов и с не самыми приятными последствиями. Но речь не об этом. Лежал я как-то на запланированной операции в травматологическом центре. Не буду вдаваться в подробности, там схема — поступил, на следующий день прооперирован. С этим периодом связан вагон забавных историй, потом как-нибудь напишу. Так вот, сижу себе после операции, чувствую себя прекрасно, привозят прооперированного чувака после общей анестезии в неадеквате. А по расписанию второй завтрак, вроде бы. Каждому персонально принесли по огромному красивому яблоку. Я своё яблоко торжественно использовал по назначению, лежу, наслаждаюсь послевкусием. А яблоко, предназначающееся товарищу после операции, медсестра положила на тумбочку, находящуюся между нашими койками. Прошло время, парень, доселе смотрящий в потолок, ни с того, ни с сего повернул голову в мою сторону и устремил свой взгляд на яблоко. «Я-я-яблочко» — протяжно произнес он и протянул руку к объекту внимания. Сестра, следящая за капельницей, встрепенулась и так жестковато хлопнула его по руке, мол, нельзя тебе пока. Он с пониманием кивнул и стал осматривать палату. Осматривал до того момента, пока не обнаружил яблоко у себя на полке. «Я-я-яблочко». Сестра среагировала идентично, больной начал озираться. Так продолжалось еще три раза, пока сестра не унесла капельницу и покинула палату. Далее он увидел яблоко, произнес заветную фразу, взял фрукт, осмотрел его. и со словами «Хуйня какая-то» откинул его в сторону. А с тем парнем мы сдружились и даже до сих пор общаемся на уровне «привет-пока». Недавно встретились и он честно признался что из того периода не помнит ничего, кроме того самого яблочка:) Бойтесь людей под наркозом😉 Спасибо за внимание:)

Увлекательные истории из оперблока

Привет, друг. Небольшая прелюдия: я учусь, несколько лет прохожу летнюю практику санитаром в оперблоке детской больницы. Хочу рассказать немного о том, как ты, парень, выглядишь, когда отключаешься под наркозом перед операцией, и что происходит вокруг, ибо нахожу это интересным. Будет много подробностей для непосвященных, и, возможно, много неточностей для уже взрослых-больших врачей. :]

В операционной, как правильно, находятся не менее пяти человек — анестезиолог и его медицинская сестра (все препараты вводит, как правило, она, а врач лишь руководит процессом, выбирает подходящие дозировки и выводит из наркоза), два хирурга, санитар. Мне довелось работать на хирургии острых патологий, урологии, травме.

Плановый операционный день у нас длится с 9 до 14, но частенько операции затягиваются и до 16 — не по плану, конечно. Всегда есть список больных с всякой информацией — что болит, какую операцию делаем и есть ли гепатит.
В операционной есть санитарный пропускник, где хирурги «моются» перед операцией. Непосредственно перед самой операцией надевают халат, тот, который на завязочках сзади. Вокруг них и медицинской хирургической сестры — те самые «санитарные зоны», прикоснувшись к которым ты рискуешь стать прицелом испепеляющего взгляда всего оперблока. С этим очень строго — если капелька пота упадет с лба хирурга на перчатку — ее нужно менять.

Весь остальной персонал обычно ходит в «хирургичках» или одноразовых хир. костюмах, обязательно должна быть одноразовая шапочка (чаще используется много раз), маска.

Дети в операционной бывают разные, на моем веку — от 1 года и до 17 лет. Из отделения первого ребенка привозят на каталке, накрытым простыней. Если может ходить — оставшиеся 10 шагов до операционного стола делает сам. В операционной с детьми часто разговаривают, шутят шутейки. В урологии юмор особенно специфический, но дети секут фишку и даже немного расслабляются.

Анестезия проходит так: маленьким детям обычно заранее до операции вводят меланиум или другие подобные вещества, чтобы сильно не кричали и не волновались. Внутривенный наркоз сочетают с эндотрахеальным. Ставят периферический катетер («бабочку» — пластмассовая штука, которая позволяет вводить больному в вену препараты, не делая тысячу проколов), вводят раствор Рингера (не действующее вещество), и непосредственно сам наркотизирующий препарат — пропофол. Действует он в течение 30 секунд, наркоз длиться недолго (минут 20-30), поэтому при затяжных операциях мед.сестра-анестезист его добавляет. Одновременно минут 5 анастезиолог держит маску.

Мне всегда было интересно наблюдать за детьми после его введения: мелкие дети, лет до 5, перестают кричать и засыпают в течение минуты; один взрослый парень, где-то на середине введения препарата со словами «кажется, подействовало», начал зевать и почти уснул, а в конце сквозь сон спросил, что за лекарство ему вводят. Мне, как человеку, который никогда не испытывал общий наркоз, всегда было интересно, что они чувствуют и видят в это время. После засыпания анестезиолог вводит эндотрахеальную трубку (кажется, это для искусственной вентиляции легких). Тело полностью накрывают простыней, ограничивая оперативную зону. Почти на всех операциях, где мне удалось побывать, оперативная зона была достаточно маленькая — разрез не больше 10 см. Некоторые операции выполнялись лапароскопически, особенно на травме. Самые интересные и самые долгие операции — на травме. Был парень с переломом ключицы, другой — с закрытым переломом плечевой кости. Оба — буквально развал кости на три части. В таких случаях делают металоостеосинтез, с использованием инстурмента, напоминающего бытовую дрель 😉

Из наркоза выводят тоже интересно. Перекидываем ребенка на каталку возле операционного стола, и он какое-то время еще находится в операционной под присмотром анестезиолога (в это время уже заходит следующий больной обычно). Бывает, что анестезиолог перебарщивает с дозой, и ребенок не дышит самостоятельно 10-15 минут (ему дают кислород, вводят раствор рингера, разбавляющий кровь, давят на различные точки). Взрослые дети парни практически моментально просыпаются, маленьких детей чаще приходится тормошить (все те же приемы, что описаны выше). На отделение отправляют только после ритуала — если ребенок по просьбе покажет язык и ответит на вопрос анестезиолога «К маме поедем?». Одного довольно-таки крупного 16-ти летнего парня, которому ввалили достаточно большую дозу наркотиков и прочих седативных веществ, мы разбудили, когда перетаскивали всей бригадой с операционного стола на каталку. Взгляд потерянный, как и полагается. Чтобы не тошнило после наркоза, где-то минут за 10 вводят лекарство против тошноты и прочих побочек.

Пропафол вводят практически всем детям в разных дозировках, сочетают с разными наркотическими веществами. Во время операций еще ни разу никто не просыпался, анестезиологи следят за этим. Был случай, когда оставалось только зашить, а ребенок уже теоретически выходил из наркоза (все равно бы не почувствовал), но анестезиолог вводил очередную дозу препарата.

Самая веселая фраза в конце дня — «наркотики кончились». Было пару раз на травме. Вводили меланиум, который значительно слабее, но вроде как был способен поддержать сон. Закончилось все хорошо.

Много всего происходило, что в одном посте не опишешь. Но работа интересная, хотя и крайне изматывающая — домой приходить и засыпаешь крепким сном до следующего утра практически сразу.

Как кокаин применялся в медицине

160 лет назад кокаин заинтересовал медиков, когда удалось получить чистое вещество из листьев коки (растение кустарникового типа, произрастающее в Южной Америке). Фармакологическая промышленность стран Европы получала значительные доходы от производства препарата. Порошок рекламировался как лекарство от всех болезней. Им лечили неврозы, депрессии, расстройства желудка, сифилис и наркотическую зависимость от морфия. При подготовке и проведении первых Олимпийских Игр спортсмены жевали листья, чтобы повысить выносливость. Стимулирующее вещество добавляли в напитки (Кока-Кола), а также в лечебные мази.

Самым главным сторонником лечебного использования кокаина был основатель психоанализа Зигмунд Фрейд.

К началу ХХ века накопились сведения о значительном количестве смертельных случаев от кокаиновой интоксикации, передозировки и тяжелой наркотической зависимости. В 1922 г. препарат официально приравнен к наркотикам. Через 40 лет ООН приняла постановление о запрещении использования. В итоге осталось только нелегальное производство и распространение.

Из лечебной практики кокаин исключен в связи с созданием более безопасных лекарств, не вызывающих привыкания и тяжелых последствий. Однако в истории медицины он оставил свой след. До настоящего времени препарат под названием «Кокаина гидрохлорид» остается в популярном справочнике «Лекарственные средства» под редакцией М.Д. Машковского. Он включен в класс местноанестезирующих препаратов с редкой формулировкой «выдается на руки врачу». На указанную высшую разовую и суточную дозу (0,03 г) ориентируются врачи в определении передозировки.

Как начиналось использование кокаина в лечебной практике

Медицинская наука не могла пройти мимо сильного средства с явным психостимулирующим и обезболивающим эффектом. Кокаин был первым растительным препаратом, на который возлагали большие надежды. При этом появление после приема ощущения прилива энергии, эйфории, активизация творческих способностей и физических возможностей человека требовали изучения.

Историческая справка

Кокаин в медицине начали использовать в XVI веке, когда листья коки завезли в Европу. Первоначальное применение — местное обезболивание. Действующее вещество растения — бензоилэкгонин — получил по одним сведениям немецкий химик Ф. Гедке, по другим — его коллега А. Ниманн в 1859 г. в лаборатории Геттингенского университета. Автором названия алкалоида «кока-ин» (по-немецки «вещество, находящееся внутри растения кока») является А. Ниманн. Препарату посвящена его докторская диссертация. Чуть позже химическая структура уточнена В. Лоссеном.

Новое психостимулирующее вещество изучал несколько лет в Германии русский врач В.К. Анреп. Он опубликовал 14 статей в медицинских журналах о местноанестезирующем действии препарата. Полный состав кокаина из десяти алкалоидов экгонина выявлен в 1898 г. Возможность синтеза чистого гидрохлорида кокаина открыта в 1902 г. Вильштеттером и Робинсоном. Кокаин как анестетик использовался в форме порошка, пасты, 1–3% водного раствора.

Способностью одновременно расширять зрачок вызвано применение 1% раствора в офтальмологии К. Коллером путем закапывания в глаз для исследования сетчатки, а также проведения операций. Генрих Квинке рекомендовал принимать порошок внутрь в терапии болей при заболевании позвоночника. Паоло Мантегацца применял средство как симптоматическое для очищения налетов на языке и отбеливания зубов. В хирургической практике препарат активно использовался после испытаний на себе Карлом Людвигом Шлейхом.

В аптеках готовили множество лекарств, включающих кокаин как обезболивающий компонент. Препараты использовались в стоматологии, гинекологии, производились известными фармацевтическими компаниями. По размеру продаж опережал другие средства. Ошибки известных ученых можно оправдать недостаточным числом наблюдений. Сейчас мы указали бы на недостоверность исследований, но не стоит забывать, что почти все перечисленные доктора проводили первоначальные опыты на себе. А при эпизодическом применении зависимость не возникала.

Роль Зигмунда Фрейда

Венский невропатолог Зигмунд Фрейд, которого называют «отцом психоанализа», относился к числу самых преданных защитников медицинского использования кокаина. Изучать действие препарата начал в 1884 году на себе, своей невесте, друзьях. Огромным достижением считал обнаружение психостимулирующего средства, способного противодействовать срывам работы центральной нервной системы, лечить депрессию и неврозы.

Более того, Фрейд рекомендовал применение кокаина при нарушениях пищеварения, что с точки зрения современной медицины является абсурдом ввиду высокой токсичности препарата. Знаменитый ученый стремился к славе и известности, при этом сам принимал кокаин в течение 12 лет. Его работы по изучению кокаина считались многими врачами неоспоримыми. В последствии автора обвинили в «создании кокаиновой чумы» и подвергли осуждению. Наибольшее моральное наказание Фрейд понес за ошибочное лечение от морфиновой зависимости с летальным исходом в 45 лет лучшего друга, талантливого физиолога Эрнста Флейшль-Марксоу.

В те времена считалось, что с помощью замены наркотического средства можно избавиться от привыкания. Судя по сохранившимся документам, З. Фрейд так и не осознал вреда кокаина для здоровья человека, хотя прекратил ссылаться на собственные исследования.

Самым страшным последствием является необратимая умственная деградация

Читать еще:  Иммунные препараты при псориазе. Иммуномодуляторы при псориазе — требования и эффективность
Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector